Мир, сконструированный крупными женщинами, безусловно, отличался бы от нашего. Сидения в самолётах были бы шире по крайней мере на 10 дюймов, стулья больше и крепче, бюстгальтеры качественнее, привлекательнее и дешевле. И вместо исключительно стройно-худых танцоров подмостки бы украшались бОльшим количеством крупных женщин, таких как в Больших Танцах.

Большие Танцы - это одновременно и труппа и танцевальная студия, подготавливающая актёров для выступлений, возглавляемые Линдой Райно в её танцевальной школе в Виктории, Британская Колумбия, Канада. Как это объясняется в шоу, идея создать Большие Танцы возникла у Райно, современной танцовщицы, почитаемой в Северо-Американских кругах, после сотрудничества с крупной женщиной в совместном художественном проекте. Та женщина заметила, что хотела бы брать уроки танцев если Райно предложила бы курс, рассчитанный на крупных женщин. Райно тут же ухватилась за эту идею. Но реальность больших танцев оказалась неожиданной и поразила её.

"У меня не было плана игры и это чуточку пугало. Я не имела представления каково это - научить танцевать кого-то с телом, весящим 300-350 фунтов, "рассказывает Райно."Я представляла себе, что будут физические ограничения. Я представляла себе, что придётся заботиться о спинах, коленях, лодыжках из соображений безопасности. Но чего я никак не могла себе представить, что этим женщинам невозможно напгнуться вперед. На пути были либо большая грудь, либо живот. Я сразу поняла, что придётся импровизировать и быть исключительно изобретательной. Это было замечательно...

Я никогда ещё не была настолько неподготовленной и настолько настроенной изменять процесс обучения в соответствии с потребностями танцоров. Обычно учитель руководит, но нам удавалось изменять формат танца совместными усилиями.

"Преподаватели танцев могут подтвердить, что каждое тело вне зависимости от его размеров имеет свои ограничения. Значительная часть обучения танцам заключается в определении этих границ и способности передать максимум теми средствами, которые имеются -  с этим правилом Райно близко знакома. Несколько лет назад Райно перенесла тяжёлую травму позвоночного диска, которая потребовала операции, и послеоперационной реабилитации. Ей говорили, что возможно она утратит способность ходить, не говоря уже о танцах. Но Райно вышла из этой ситуации ещё более целеустремлённой и принялась изучать, что же она способна делать после травмы.

"Мой танец невероятно изменился в течении последнего года, после операции," рассказывает танцовщица. "Раньше мне нравилось вращение, пируэты, прыжки. Но моего прежнего контроля и работы ногами уже не вернуть. Значит, теперь мне придётся найти иные способы выразить себя."

В своих занятиях Райно применяет то же самое правило в работе со своими студентами. Наклоны могут быть изменены, прыжки уменьшены: На самом деле, можно пересмотреть любую деталь, коль скоро ощущение движения сохранено. Адаптация конкретных приемов не означает, что техника легко даётся танцовщицам. Райно говорит, что первое время она очень нервничала по поводу возможной физической перегрузки. Но по мере становления коллектива, каждый постиг, что является возможным, а что нет. "Чем больше они становятся способными принять, тем больше я им даю. Чем больше я им даю, тем большего они хотят добиться," говорит Райно. "Мне нужно от них ровно столько же, сколько от любой другой моей группы. Я хочу, что бы они танцевали так хорошо, как только могут. Я хочу, что бы они никогда не останавливались на достигнутом, а продолжали совершенствоваться. Я потребовала, что бы они уделяли больше времени занятиям, были более подготовленными физически, что бы продолжали постигать танцевальное мастерство".

Обычно, занятия в танцевальных классах сконцентрированы на изучении технических приёмов, то же самое вначале было приоритетом и для Райно. Но вскоре она поняла, что для этих учениц художественная форма танца неотделима от духовных и психологических моментов, проявляющихся в танце. "Я не была уверенна насколько "технической" я могу быть с ними. Вскоре мне стало ясно, что техника танца - это не приоритет. Что было необходимым, так это освободить дух танцовщицы в каждой из них. Большие Танцы - это тяжёлый труд. Я провожу больше времени с Большими Танцами, чем любой другой группой в моей школе. Им больше нужно преодолеть: вопросы самооценки и оценки своей принадлежности, их приемлемость в этой школе."

Принимая во внимание обобщённый опыт крупных женщин в танцевальных заведениях, чувства такого рода вполне объяснимы. Целые поколения полных девочек страдали на занятиях, многие отсеивались из-за семьи, учителей, или просто из-за грубых требований и узких стандартов танцевального мира.

"Горячие Темы" включают так же обширные интервью с участницами Больших Танцев, самая молодая из которых, Дженифер вспоминает, как сильно она любила танцы в детстве.

"Когда я была моложе я занималась степом, балетом и джазом. Когда мне было одиннадцать или двенадцать лет я ходила в джазовый кружок и тогда впервые познакомилась с разницей в телосложении, тех стереотипах и тем как общество заставляет чувствовать некоторых людей по поводу их телосложения. Это было по-настоящему неудобно для меня. Я здраво оценивала себя и понимала, что я не такая как остальные девочки. Нам приходилось носить короткие костюмчики, очень тесные и откровенные, и, таким образом, я бросила эти занятия, потому, что мне это было неприятно."

Джуд, ещё одна участница Больших Танцев вспоминает, как она смотрела концерты, как ей нравились танцоры, и как ей хотелось походить на Шер. Когда она записалась на занятия аэробикой, ей хотелось притвориться, что это - настоящие занятия танцами. Но когда она пришла в Большие Танцы, ей пришлось переучиваться практически с нуля. "У меня не было большой уверенности в том, что я смогу, в моём теле," - признаётся она. "Я конечно же была в себе уверенна в смысле умственных способностей, того, что я делаю по своей профессии. Но я чувствовала неуверенность по поводу физического движения и собственного тела, я до сих пор порой борюсь с этим. Я слышу музыку сначала в голове, а уж потом в своём теле."

Такое разделение может быть очень глубоким, как отмечает ещё одна танцовщица, Труди: - "Я чувствовала себя полностью отделённой от своего тела во всех отношениях, как будто я не существовала ниже шеи или выше лодыжек. У меня был прекрасный маникюр на пальцах ног, очаровательная обувь, но безобразная одежда, и, в то же время, красивый макияж и причёска. Та, средняя зона как бы отсутствовала для меня. Я полагаю, что такое ощущение - не редкость среди крупных женщин. Я не смотрела на себя в зеркало. Да у меня никогда и не было зеркала в полный рост. Я пыталась только смотреть на лицо и ноги и пыталась прикрыть всё остальное." В Больших Танцах Труди нашла своё тело и сейчас танцует во имя более широкого его признания. "Частично я концентрируюсь на теле в котором нахожусь, я принимаю и люблю его и становлюсь свободной в теле, данном мне Богом."

Все танцовщицы благодарны за тот терапевтический эффект, которого удалось добиться при помощи танцев с другими крупными женщинами. Как метко подметила Террил, аспирантка, "Один год, что я провела в Больших Танцах спас мне душу. Любые художественное занятия обречены быть терапевтическими, если им отдаёшь душу и сердце." Частью танцевального искусства являются выступления; как и любая другая труппа, "Большие Танцы" выступают для публики. Вскоре после того, как "Горячие Темы" вышли в эфир, Райно и Большие Танцы представили свой первый полноформатный концерт "Больших Танцев", он содержит композиции о жизни крупных людей. Обычно репертуар труппы более широк. Они участвуют в концертах, устраиваемых Школой Линды Райно, их ежегодно приглашают участвовать в "показах анти-мод", устраиваемых Университетом Виктории. Танцовщицы сейчас заняты подготовкой к художественной выставке, посвящённой классической красоте, на открытии которой они собираются выступать. Они так же готовятся к своему выступлению в проекте "Танцоры за Жизнь", посвященному проблемам больных СПИДом, который пройдёт в День СПИДА (1 декабря). Возможно самым большим их триумфом было появление на Северно- и Южно- Американском Мировом Танцевальном Альянсе, конференции, посвящённой танцевальному искусству Северной и Южной Америк, которая состоялась в Ванкувере, Британская Колумбия, в 1997 году. После просмотра видео, запечатлевшего хореографию Больших Танцев, организатор конференции Джудит Гэрэй оценила значение работы группы и предоставила им приглашения на конференцию.

"Я думаю, что люди ожидают от танцев вполне конкретных вещей, и это вредит танцам как форме искусства," говорит Гэрэй, которая возглавляет факультет танца в Университете Симона Фразье, в Британской Колумбии. "В нашей культуре мы поместили танцы в специальные рамки и вытеснили их из жизни людей. Во многих других культурах танец - часть человеческой жизни. Все танцуют. Но здесь для этого необходимо быть кем-то, кого тренировали для этого с трёх лет. Я на самом деле верю, что каждый может танцевать. Не каждый хочет или может стать профессиональным танцором, но каждый может танцевать."

Что касается танцовщиц, то они испытывают весь спектр связанных с выступлением переживаний, от сверх-возбуждения до отчаянной паники и тошноты. Но как коллектив, они чувствуют важность выступлений. "Это значит очень многое для меня, быть способной выйти на сцену перед зрителями и заставить их принять то, что мы делаем как значащее для общества, "говорит Террил. "То, что с нами сделала Линда Райно, так сильно повлияло на наши жизни. Я хочу, что бы это было доступно гораздо большему количеству людей."

Поиск, того как подать себя публике тоже является частью судьбы артиста. Разница собственного видения и артистической концепцией директора порой делает этот акт самоопределения проблемным. К примеру, одной из любимых частей для Райно является сценка о балетных гиппопотамушках из Фантазии. Некоторые танцовщицы высказывали своё нежелание сохранять эту сценку в репертуаре. Труди рассказывает, "Сперва мы были сврхчувствительны к тому, что над нами могут посмеяться, а вот Линда не была такой." В свою очередь, Райно верит, что та сценка имеет отдельное терапевтическое значение. "Я думаю, что лучшее лекарство от всех наших сомнений - это смех," говорит она. "Юмор - самый чудесный способ преодолевать стереотипы разного рода, а так же свою собственную боль. Если эти танцовщицы смогут натянуть розовые пачки и спародировать самих себя как гиппопотамушек, то это говорит мне о том, что они находятся в хорошем моральном настрое и готовы посмеяться и принять самих себя такими, какие они есть, и я горжусь ими за это."

Другие номера органически возникли из собственного опыта участниц. Например, одна танцовщица поделилась с группой историей вечера в приятной компании, который закончился купанием голышом. Эта история превратилась в созданный труппой жизнерадостный балет, который они воплощают на сцене в мечтательном, завораживающем танце самоутверждения. И эта сценка, лишь одна из многих, запечатлённых на часовой записи "Больших Танцев", которая подтверждает, что их работа исключительно зрелищна и поучительна, равно как и революционна, как для танцоров, так и для зрителей.

 

Комментарии

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
  • Allowed HTML tags: <a> <em> <strong> <cite> <br /> <br> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <embed> <param> <object> <p> <img>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.

Подробнее о форматировании

CAPTCHA
Это анти-спам фильтр. Вам надо ответить на простой вопрос для того чтобы ваше сообщение было принято к показу.
4 + 7 =
К примеру 2 + 2 чаще всего 4, цифру "4" и вводим.